Вы находитесь здесь: Источники - Антология  •  короткая ссылка на этот документ  •  предыдущий  •  следующий


Название: "РОКСИ" №14, январь-апрель 1988г. (I)

Категория: Антология

Комментарий :

СОДЕРЖАНИЕ:

I часть:

II часть:
КОЛОНКА РЕДАКТОРА


Конечно, за месяц подготовить номер мы не успели. И что делать дальше - не совсем понятно. С фотографиями мы не укладываемся ни в какие рамки. Заодно хочу принести извинения тем, кто читал "Рокси" №13: большинство экземпляров было без иллюстраций, отчего пострадала статья Н.Васильевой "Летний фоторепортаж". С унынием могу констатировать, что пока мы не доберемся до какого-нибудь "Ксерокса", положение вряд ли изменится. "Эй, кто может, помоги!" (Ленинград, I96I43, ул.Орджоникидзе, 14, кв.13 Старцев Александр тел.293-05-13).

На рок-музыку снова начались гонения. "Молодая гвардия", "Наш современник"... К этому делу подключился и профессор Углов, знаменитый своей борьбой с пьянством. Рок, видимо, он расценивает как алкоголь. Вот будет лихо, если издадут еще один Указ: рок с 4-х до 8-и по будням, с 11-ти до 7-и по субботам, а по воскресеньям не играть и не слушать. А то производительность труда падает.

Как ни странно, в этих гонениях есть и свои положительные стороны. Это вообще серьезный вопрос: может ли рок существовать в тепличной атмосфере безоговорочного признания, стадионов, и больших гонораров за выступления? Или давление сверху стимулирует творчество?

Публика тоже изменилась и весьма существенно. Впечатление такое, что 15-летние подростки ходят на концерт не слушать, а рубиться, всё равно подо что, лишь бы было модным и популярным. Ломаные стулья, вышибленные двери, разбитые окна... Результат печален: большинство ДК города отказываются от проведения у себя рок-концертов. Где будет проходить фестиваль - неизвестно. Либо в самом рок-клубе (зал на 600 мест), либо на открытой площадке в Парке Победы, где возможен дождь и толпы шпаны.

Наконец, в нашем движении обнаружилась еще одна, очень опасная тенденция. Я имею в виду внутренние распри. Едва получив в руки минимальные рычаги власти, люди тут же забывают обо всем и начинают давить своих идейных противников. Но не ЗЕМЛЯН, или монстров из Союза композиторов, а своих же, с которыми когда-то что-то не поделили. Группировки, подметные письма, доносы... На периферии волны от брошенного камушка превращаются в цунами на дрожжах слухов. Вспомните 50-е годы! Во имя чего борьба? Во имя монополии на истину? Во-первых, её нет, а во-вторых, мнимо победивший проиграет по большему счету впоследствии. Ну, ладно. Вот номер, прошу! И взгляните, пожалуйста, еще раз на первый абзац этой странички.


Ушёл из жизни Александр Башлачев. Что ж, каждый делает свой выбор сам, но все же очень жаль, что мы услышим его голос только с магнитофонных записей, которых, увы, не так и много.

Данное интервью взято Л.Е.Хиовым, и было опубликовано в сборнике материалов рок-клуба за 1985 год.

Наша встреча состоялась в одном из культурных центров Питера, там, где неофициальный уровень бедности стоит на 28-и копейках. Обычная серость, дождь пополам со снегом загоняют прохожих в кафе, никто не мешает беседе. В голове все еще прокручиваются услышанные день назад песни. Привычка слушать в пол-уха, отыскивать в потоке слов редкую мысль, сыграла со мной злую шутку. Еще на концерте, когда поток метафор и водопад мыслей сбили меня с толку, хотелось приостановить Александра, прохрипеть Высоцким: "Чуть помедленнее...". Кстати, именно аналогии с Владимиром Семеновичем приходят на ум после первой песни, у меня же это впечатление быстро рассеялось: нисколько не умаляя заслуг горячо любимого нами певца, хотелось бы заметить, что его тексты на бумаге смотрятся, скажем, не так ярко, в сравнении с его же исполнением живьем. А с творениями Башлачева нечто совсем иное: когда это слышишь, - это песни, когда видишь - совсем неплохие стихи.


Первый вопрос к нему натолкнулся на преграду:

- АЛЕКСАНДР...

- Только давай попробуем обойтись без протокольной анкеты: когда родились, когда намерены скончаться... Вопросы, задаваемые в таком месте, пугают и отвлекают от наслаждения красотами Невского и Владимирского проспектов.

- НУ, ХОРОШО, ЧТО БЫЛО РАНЬШЕ?

- До питерской раскладушки был обладателем более солидной мебели; письменный стол до сих пор с угрюмой и безответной любовью вспоминает о несостоявшемся корреспонденте уездного г.Череповца.

Меньше года назад случайно встретился с ближайшим родственником советского рока, с известным дядюшкой Ко по линии мачехи - уважаемой прессы, которая охотно освещает проблемы молодежной эстрады, слепя ей лампой прямо в рыло. (Что касается отчима - казённого пресса, - тот привык давить в потемках). Дядя Ко намекнул, что паренек на шее своей редакции - не медаль, и не пора ли ему в люди? Так парнишка за рыбным обозом и пришел записываться добровольцем в легион Маршала Примитивных Аккордов.

- ЭКСПЛУАТИРУЯ ТВОЙ СЛЭНГ, ХОЧЕТСЯ СПРОСИТЬ: В КАКОЙ ЖE ПОЛК НОВОБРАНЕЦ РЕШИЛ ОПРЕДЕЛИТЬСЯ?

- Как тебе сказать... Легче сначала провести мысленный парад родов войск. Ну, дезертиры-коммерсанты пусть отсиживаются в своих "ЗЕМЛЯН"-ках, все равно, за шелестом червонцев они уже ничего не слышат. А мы начнем: очень люблю цвет знамени, который несет впереди своей колонны Борис Гребенщиков, но думаю, не для всех есть смысл добиваться сержантских погон его гвардии. Нравится правофланговая музыка: ЗООПАРК, КИНО, СТРАННЫЕ ИГРЫ, ЗВУКИ МУ, АЛИСА с Кинчевым. С удовольствием беру под козырек при появлении Сергея Рыженко, Юры Шевчука.

А вообще, лично мне интересны только те авторы, в обойме которых живая мысль, помогающая если не строить, то, по крайней мере, жить. Поэтому уважаю принципы питерской рок-школы. Она, на мой взгляд, учит главному: отрицанию золотой купели если ради неё приходится жертвовать младенцем искренности, без которого все что угодно теряет смысл. Честность - это все-таки первый талант, ствол для любой ветки. (Хотя и честная простота-пустота вряд ли лучше воровства эпигонов).

- ПОСТОЙ, ПОСТОЙ, КАК ЭТО ЗВУЧИТ... ОТСТАВИТЬ! ДАВАЙ-КА, НЕ ПЕРЕНАСЫЩАЯ РЕЧЬ НАЗВАНИЯМИ, И НЕ ВДАВАЯСЬ В ПОДРОБНОСТИ: КАК ТЕБЕ ВИДИТСЯ БУДУЩЕЕ?

- Не хочу никому навязывать своего мнения, разумеется, субъективного, да и не уверен в своем праве на менторский тон: Скажу честно: лично мне, как рядовому широкому слушателю, надоело ну просто печенкой ощущать, как люди, присваивающие себе право на проповедь, мечутся в десятках вариантов сложнейшего вопроса "как?", лишь бы убежать от простого "зачем?". Хороша любая проповедь, но лишь тогда, когда она исповедь. Кощунственно заниматься дурного вкуса вышиванием гладью вместо того, чтобы на своем месте, своими неповторимыми руками штопать дырявые носки своего времени.

- НАШ РОК - В ВЕЧНОМ ПОЛОЖЕНИИ ЛЕЖАЧЕГО БОКСЁРА, И ТРЕПАТЬ ЕГО ПО ИЗБИТЫМ ЩЕКАМ ВСЕ-ТАКИ НЕ ГОДИТСЯ.

- Да, но то плохо, что от этой терпимости лучше все равно не станет. А ведь стоит глянуть под ноги, и незачем окажется придумывание несусветных хитовых образов, - сюжеты стучатся в окна, сквознячками рвутся сквозь щели... Гражданка Правда то и дело всплывает, хотя чаще всего - кверху брюхом. Так зачем же при этом глушить в себе её мальков? Это социальное браконьерство. Ведь говаривал же автор "Крейцеровой сонаты", что музыка - дело государственное.

- НАРОДНИЧЕСТВОМ ПОПАХИВАЕТ, ЭТАКОЙ РОК-ПОЧВЕННОСТЬЮ. А?

- А ты разве не согласишься с тем, что так называемый "наш рок" вечно путается в рукавах чужой формы (которая и не по сезону чаще всего)? Именно эта форма диктует содержание, бросает нас в жернова заранее обреченной попытки влить свой самогон в чужие меха. Даже на поверхности, на подсохшей корочке нашего дерьма, и то выходит претенциозно и надуманно. А копни кучу гитарным грифом поглубже, и вовсе сплошной фальшью понесет. Наверное, каждый, затевая свое дело, надеялся по крайней мере, на открытие новой Америки. Но, ковыляя в чужих модельных жёлтых ботинках по нашей всепогодной грязи, застревал где-нибудь в Тульской губернии. А может, и не стоит идти никуда дальше, может, где-то тут, под забором и растет трын-трава сермяжной истины? Что мы премся в Тулузу со своим компьютером? Нас, оборванцев, там никто не ждет. Может тут, где мы споткнулись и оглянуться, да поискать сисястую девку нашей российской песенной традиции? Не тот труп, который старательно анатомизируют всякого рода некрофилы от скрипичного ключа, а полудикую гениальную язычницу? Соблазнить её сверкающим фантиком, и, используя богатый арсенал поз, прижать к усилителю, и там трахнуть, оплодотворить здоровым рок-семенем, вместо того, чтобы проливать его в штаны? А?

Ну, а если у кого уже вырос соответствующий орган, надо встретиться, поговорить. Может, и разберемся, что к чему...



ТАКИЕ ВОТ ДЕЛА...
В.Терещенко

"Косылёк, косылёк... Какой косылёк?"

"А вот Ляпина, ребята, я вам не дам!"


Недавно я получил письмо. Администраторы нечасто получают письма, я получил впервые. Но не только эта исключительная радость заставила меня вдарить по черно-белым клавишам пишущего монстра, а и созвучие боли автора собственным сомнениям.

Андрей Рысев пришел с вопросом: как бы устроить в его родном сельскохозяйственном ВУЗе концерт ведущих групп рок-клуба, дабы зажечь, наконец, огонь знаний в рок-н-ролльно темных душах его собратьев-студентов?

Объяснил я Андрею, что 400 мест - это мало, что без аппарата - это плохо, и что ведущие группы бесплатно - это уж совсем нереально. Как по нотам...

Уяснив суть дела, он выразил желание "умереть за рок", с наибольшей эффективностью. Ему было предложено вакантное почетное место грузчика в техсекции. Он ответил: понимаю, подумаю. (Хотя, видимо, не всё понял правильно.).

"Подумав" сутки, он принес письмо, не совсем складное, несколько наивное, это вот письмо:

"Заметки рок-дебютанта", (или Что я вынес из беседы с В.Терещенко).

Решения ХХVII съезда КПСС, последующих пленумов партии поставили перед советским народом... Нет, не так.

Большое количество мыслей заставило написать меня это письмо. Оговорюсь сразу: я являюсь большим поклонником ленинградского рок-клуба. Значение его для молодёжи огромно. В потоке этих мыслей я и обращаюсь к В.Терещенко. И тут я натыкаюсь на стену. Нет, это во многом не его вина. Но его отказ в помощи мне не совсем понятен и приятен. То время, когда все говорили, что мы это делаем для людей, для молодежи, для попытки изменить преступные взгляды приспособленчества, заставить людей верить в завтрашний день и идти к нему, кажется, уходит безвозвратно. Я еще раз повторяю, что я это вынес исключительно из беседы с В. Терещенко. Я не хочу оскорбить кого-нибудь из рокеров и самого Терещенко, но у меня возникает такая мысль, что все упиваются своей возможностью выступить перед теми, кто ходит на каждый их концерт, и кажется, им нет дела до тех, кто остался по ту сторону Рубикона, кто на концерт не попал. А кто не идет на концерты, потому что не знает, что такое рок-клуб? А здесь, когда по окончанию учебы люди разъедутся по разным концам нашей страны, когда они могут увезти к себе на родину те идеи, которые провозглашает рок-клуб, когда они смогут увезти любовь к рок-клубу... К нам в институт поступают люди, дабы воочию увидеть (пожив в Ленинграде) АКВАРИУМ, АЛИСУ, КИНО, ТЕЛЕВИЗОР...

Неужели все довольны?

А может быть, когда-нибудь дядя Боря перестанет кружить над "седой равниной моря", и гордым шагом поведет это море за собой?

П.С. Я теперь больше чем уверен, что к нам никто не приедет, и записи я никогда не услышу, ведь таких как я желающих действительно очень много. Обидно, что я буду одинок в своей любви к рок-клубу, что я на одних словах не смогу объяснить, что это не просто модно среди шпаны (как они мне утверждают), а это катастрофически необходимо всем людям, живущим завтрашним днем.

Так значит, я списан как мертвый, и мне положен конец? Но я с вами навеки, потому что вы нужны мне.


Студент ЛСХИ Андрей Рысев.

Мы долго боролись за права рокеров, мы поклонялись идеям, создавали романтических кумиров, награждая их благородными качествами. Независимость и непродажность ценились превыше всего, а заработанные официальным путем деньги могли быть неправильно истолкованы и поставлены в вину. Все двигались к воображаемым светлым далям, где не жертвуя своими рокерскими принципами, каждый получит по заслугам.

Наивно, но красиво. А красота - не последняя в жизни вещь. И вот будущее время грянуло. Небеса разверзлись, просыпалась манна небесная. Сначала на всех поровну (концерты, гастроли), а затем началось перераспределение "небесных средств".

Все закружилось вихрем, увлекшим в свои потоки сначала отчаявшихся, затем рисковых, а потом и тех, кто не боится быть в большинстве.

И, наконец - молодежные центры, хозрасчеты, наличные деньги, разговоры о ставках и полставках, а также о процентах с дохода.

Изменились и сами музыканты. Теперь предложение поиграть бесплатно, "просто так" расценивается ими (ведущими, во всяком случае) как издевательство над их талантом и насмешка над популярностью. Да и понятно: с одной стороны предложений слишком много, с другой - нужны инструменты (то есть, деньги на них). Как торпеда, движущаяся на тепловое поле корабля, рокер ныне сканирует к полю материальной выгоды.

И начинаются психологические трансформации. Мурзик (Андрей Муратов, ДДТ, ЗООПАРК) ловко вскочивший со своим "ДэИксом" сразу в две коммерчески выгодные команды, внезапно превратился в счетное устройство с примитивным алгоритмом: на впуске давятся доходы, внутри позвякивают расходы, а на выходе шелестит матушка чистая прибыль.

Рикошет в Таллинне устраивает пьяную истерику из-за того, что его селят не в "Олимпию", а в "Ранну", в результате чего безвинно страдает группа ДДТ, а две девушки из "отряда сопровождения" остаются практически без ночлега.

Борзыкин покончил со своим темным революционным прошлым, успокоился, окреп материально, да впридачу взял в РК-кассе деньги (безналичные, безналичные!!!) на запись, и видимо, до погашения долга будет "хорошим парнем".

Всеволожский Агафон (В.Агафонов, из Всеволожского парка культуры и отдыха, устроитель концертов в СКК, "Юбилейном" и т.д.) сняв с рок-клуба сливочки (ленконцертовское благодеяние) и заткнув луженые рокерские глотки тугими кляпами из денежных знаков, позволяет себе высказывания такого рода: "Сашу Ляпина для этих рок-клубовских концертов я вам (рок-клубу - прим. авт.) не дам, он мне для сольных программ нужен..."

Даже образцово-бескорыстный Осип (Сергей Осипов, звукооператор РК) бросил как-то в сердцах: "Надоело, уйду к Агафону, и порасти всё "вермонами"!"

А те, кто бескорыстны, но не образцово?

Паршивец Федька, всеми любимый дядя Фёдор, самым бессовестным образом обманул совет РК, и вместо бесплатной, но почетной поездки в Вильнюс, погнался тайком за левым, но длинным. Всё это было подано как детская шалость, невинный розовощекий обман. Но ведь к группе-то все относятся серьезно, как ко вполне зрелым художникам, без скидок на возраст. Да и "водку из стаканов" они режут не как дети. Так что, еще две-три подобных "шалости", и ждите подлостей. Ну, довольно о личностях.

Клуб "Фонограф", просуществовав всего два года в своей "диаложьей" (программа "Диалог" - приглашение команд из других городов для выступления совместно с ленинградскими группами в ЛДМ) ипостаси, умрет скоро из-за нежелания ведущих групп РК играть в ЛДМ бесплатно, пусть даже идея всем нравится, всем свята. Ах, правда, этот гадкий ЛДМ?

Но полноте, "Фонограф" - не ЛДМ, а штаб РК-агентуры в оном: один бывший член Совета, два нынешних, фотограф РК, редактор "Рокси" - ничего себе "беспокойные сердца"!

"Фонограф" умрет. Жак Волощук добавил бы "как класс". Умрет и идея. И долго еще не будут доходить руки, чтобы воскресить её в приемлемой форме...

И словно в насмешку над новыми амбициями рокеров красного Питера, из Америки приходит подарочек от Джоанны Стингрей, и её собратьев по буржуазной идеологии "ямаханов".

О! Пульт! Да, конечно, микрофоны! Естественно - барабаны! Но вот шнуры в подарке отчасти старые, а один усилитель по словам неестественно возбужденного дарителя, пропал где-то в Гамбурге. (Видимо, происки рипербановских воротил шоу-бизнеса.).

Некогда дворняга Шарик, а ныне гражданин Шариков получил свою заслуженную пайку.

Видимо, я говорю слишком зло, и не так уж всё плохо. Но ведь злит не само желание получить заработанные честным путем деньги, - за это ведь РК и борется, - а плебейское нетерпение, зуд выхватить, не дождавшись положенного расчета, бесит эта постыдная дрожь: быстрей, быстрей, и нежелание хоть чуть-чуть контролировать эти эмоции.

Да, музыканты должны получать и получать хорошо. И инструменты им нужны настоящие, а не "Уралы" с "Электрониками". Но пусть они не забывают, что существует иной взгляд на их сегодняшнюю практику, более оторванный от жизни, более идеалистический, но искренний и честный. Это знание, как бы чувство первородного греха, добавит им духовной силы и охранит, убережет их от нравственного опустошения, когда "деньги-товар-деньги со штрихом" колом встанут в их повседневной жизни ...



МОЛОДАЯ ШПАНА
интервью с группой "МЛАДШИЕ БРАТЬЯ"
А.Лаврентьева

"Где та молодая шпана, что сотрет нас с лица земли?" – вопрошал энное количество лет назад БГ. И самоуверенно отвечал: "Её нет, нет, нет!" Того же мнения до сих пор придерживаются отдельные близорукие рокеры и их фаны.

Как всегда, с опозданием лет на 5, вопрос БГ подхватили, расширили, укрепили и понесли своим читателям в виде разнообразных "надежд" и т.п. представители масс-медиа. Свежая идея была безнадежно испорчена и сгнила на корню. Но даже эта слабая попытка подтвердила мысль БГ.

Я надеюсь, что либеральный господин редактор внемлет моим мольбам, бросит отеческий взгляд на рок-юнцов и это интервью откроет нечто вроде цикла "Наши надежды" (или "Наши разочарования").

А пока - МЛАДШИЕ БРАТЬЯ. Я думаю, нет необходимости объяснять, почему мы остановились именно на этой группе. До фестиваля о ней никто не слыхал, зато потом... Очевидцы рассказывали странные истории, один солидный дядя, из тех, кто всегда сидят в первом ряду, гневно размахивал передо мной курткой "с изменившимся лицом" и негодовал, что этим всё и должно было кончиться, и хорошо, что не кипящей смолой ополоснули. Алек Зандер уже коротко упомянул об этом в номере 13 "Рокси".

Мы встретились (так, кажется, принято начинать интервью) с Виктором Лушиным (клавиши, тексты, музыка) и Андреем "Энди" Кордюковым (гитара, музыка). Они отвечали на мои вопросы то вместе, то по отдельности, так что не удивляйтесь, если в некоторых случаях будут сильные расхождения во мнениях и даже личные оценки.

И, наконец, последнее. Вы уж извините за такое непривычно длинное вступление, но "я не волшебник, я только учусь".

- ЭТО, НАВЕРНОЕ, НЕПРАВИЛЬНОЕ НАЧАЛО ДЛЯ ИНТЕРВЬЮ, НО Я НЕ МОГУ УДЕРЖАТЬСЯ: ПОЧЕМУ И ДЛЯ ЧЕГО БЫЛ ОГНЕТУШИТЕЛЬ, КАКОВО ЕГО ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ?

Виктор Лушин: - Мы тут совершенно не при чем. Мы попросили художников из "Артели" оформить задник, декорации сделать, а они в свою очередь предложили что-нибудь такое поизображать в двух-трех песнях. И повели себя очень странно.

- ТЕПЕРЬ ВСЁ В ПОЛОЖЕННОМ ПОРЯДКЕ. КОГДА, КАК И ПОЧЕМУ ОБРАЗОВАЛАСЬ ГРУППА?

В.Л.: - В 1986 году мы с братом поняли, что пора и нам что-то этакое играть (Александр "Сэнди" Лушин - вокалист МЛАДШИХ БРАТЬЕВ - прим. авт.). Играли, как многие, для себя. Потом появился Энди, потом Ринго, и, наконец, Витя Иванов - басист. В таком составе мы выступили 26 апреля I986 года, как раз накануне аварии в Чернобыле.

- ВЫ ЧТО, КАК-ТО СВЯЗЫВАЕТЕ ЭТИ ДВА СОБЫТИЯ?

В.Л.: - Вместе с нами тогда играли КОРПУС-2 и еще кто-то - но я думаю, что это была реакция реактора на наше выступление.

Энди: - В этом что-то есть: после первого же нашего концерта целая атомная станция взорвалась.

- ПОЧЕМУ "МЛАДШИЕ БРАТЬЯ"? ЭТО ИЗ-ЗА ЭНДИ?

- В.Л.: В современной литературе образ младшего брата самый обаятельный. Но с другой стороны, он и переворачивает представление о старшем брате. (см.Сэллинджер), является чуть ли не его противоположностью. Некоторые проводят какие-то параллели с животными, но это уже их дело.

- НО ВСЕ-ТАКИ БЫЛО ВЛИЯНИЕ "СТАРШИХ БРАТЬЕВ" И ПРОЧИХ РОК-РОДСТВЕННИКОВ?

Энди: - Это ты меня имеешь в виду? Отец (Майкл Кордюков - АКВАРИУМ, ТРИЛИСТНИК, ЭЛЕКТРОСТАНДАРТ, етс) время от времени приносил какие-то записи, которые мне не нравились. Потом однажды сказал, что мне надо бы играть на гитаре. Я честно прозанимался месяца два, а потом бросил. Потом, лет в 15 я услышал ПОЛИС, и...

- А КСТАТИ, С КАКОЙ МУЗЫКИ ВЫ НАЧИНАЛИ?

- В.Л.: Мы с братом начинали с КЛЭШ и ПОЛИС. Энди - фан ПОЛИС, что в его соло и прослушивается. А так, мы всякой музыкой занимались, ска-реггей в том числе играли.

Энди: - Я еще ПАБЛИК ИМИДЖ люблю. Правда, их музыка всякие агрессивные мысли вызывает. Я как-то у приятеля наслушался, потом пошел домой: смотрю по сторонам, люди какие-то неприятные, и дома, и район.

- ВАШИ ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ РОК-СИМПАТИИ?

В.Л.: - Ленинград: ЛУНА, ИГРЫ, КИНО. Москва: Их попс раздражает, нравится только группа ИГРА, с которой мы выступали в Ярославле. (У МЛАДШИХ БРАТЬЕВ "игривый" настрой? - А.Л.) Другие города: ЧП (хотя они еще не сложились). Еще в Горьком существует некий "Полковник", который играет один и довольно интересно.

Энди: - Ленинград : ЛУНА, ИГРЫ. Москва: Там вообще ничего и быть не может. Я в Москве был лет в 8, и мне всё там не понравилось. ИГРА же Вите видимо, понравилась, когда мы пиво вместе пили. А вот когда он успел их музыку послушать? Другие города: у меня к периферийному року сложное отношение. В Ярославле проходило мероприятие под сложным названием: Всесоюзный фестиваль самодеятельного искусства. Собрались люди, играющие на шикарном аппарате на уровне АВТОГРАФА. Чего у них только не было: и примочки, и усилители, то, сё. Даже играли вроде бы круто, но такая лажа. Самой типичной была команда из города Андропова; приписанная к авиационному заводу. Попс для них - хэви-металл, например группа из Горького играла этот самый хэви-металл в париках. Мы привезли приз за творческий поиск в виде деревянного 20-рублевого медведя. (Лучше бы наличными дали!)

- НА ЛЕНИНГРАДСКОМ ФЕСТИВАЛЕ ВЫ ПЕРЕШЛИ ИЗ РАЗРЯДА СЛУШАТЕЛЕЙ В РАЗРЯД УЧАСТНИКОВ. НУ И КАК? О СЕБЕ И О ДРУГИХ.

Энди: - Да отличный у нас концерт был!

В.Л.: - Понравились концерты КИНО, ИГР, НОЛЯ. Жаль, что выступали ПОСЛЕДНИЕ ИЗВЕСТИЯ и не играла ЛУНА. Еще - ДЖУНГЛИ, хотя это чужая для нас музыка. Не понравилось выступление АЛИСЫ. В общем, поровну хорошего и плохого.

ВАМ НЕ КАЖЕТСЯ ЧТО СЭНДИ - ЭТО СОЕДИНЕННАЯ ПЛАСТИКА ГАРКУШИ И ГОЛОС РОГОЖИНА - ЭТАКИЙ НЕДО"АУКЦИОН"?

В.Л.: - Он вовсе не стремится копировать Гаркушу. Идея сценодвижения у нас появилась, когда еще об АУКЦИОНЕ и не слыхали. Так что, если что-то однотипное, то совершенно независимо друг от друга. А Сэнди сейчас поступил в Театральный институт, так что у него и своя пластика появится.

Энди: - Ну, не знаю, как там с Рогожиным, а вот тут рок-н-роллы элвисовские передавали, и мы поняли, на кого Сэнди вокально смахивает. Мы решили, что плохо, потому что рок-н-ролл мы любим только пьяные.

- ВЫ НЕ СЛЫШАЛИ "ПЕСНЮ бойца" СТРАННЫХ ИГР?

Энди: - Нет, а что?

- ДА ВОТ, "ФУНДАМЕНТ" ВАШ НАПОМИНАЕТ...

Энди: - СТРАННЫЕ ИГРЫ я вообще не слушаю, зато слышал ПОЛИС - "Уан Уорлд". А "Фундамент", как и "Романтики нюхают клей" - просто хит.

- А КОГДА ТЫ ПИСАЛ "ГДЕ НАЙТИ РЕАЛЬНОСТЬ, НЕ ВРАЖДЕБНУЮ МНЕ", ТЫ СЛУЧАЙНО НЕ СЛЫШАЛ "БРИНГ ОН ЗЕ НАЙТ" СТИНГА?

Энди: - Слышал, мне понравилось, я придумал басовую партию, и кое-что еще. Тех, кто играет рок-н-ролл, в плагиате не обвиняют, а ПОЛИС - новая эра, наш рок-н-ролл, следующий музыкальный язык. Мало ли, кто что слышал. Я вот слушал ЗЕ БИТ, там такое стандартное начало 5/4/1. Потом открыл окно, а там - Токио. Знаешь, бывает такое ощущение, что ты вроде и не в Питере. А потом поехал на репетицию в клуб "НЧ/ВЧ", а на улице Салтыкова-Щедрина дом стоит без окон, а вместо крыши - небо. Вот так, а за окном - Токио.

- КОНЦЕРТЫ КОНЦЕРТАМИ, НО НАРОД "РАСКУСЫВАЕТ" МНОГИЕ КОМАНДЫ, ТОЛЬКО ПРОСЛУШАВ АЛЬБОМ. ВЫ ЕГО ЕЩЕ НЕ ВЫПУСТИЛИ?

Энди: - Мы писались у Тропиллы, и даже остались какие-то болванки, но потом всё закрылось. Бурлака показывал какие-то топы, где наш концерт помещен в середину и отмечен вокалист, названный Лужиным. Еще мы писались у Вити Лушина с драм-машиной. Но эта история кончилась внутренними разборками.

Далее намечалась прочувствованная речь о родственной, любовной атмосфере в ансамбле. Вместо этого я услышала от Энди вот такую тираду:

- Я уже один раз уходил из МЛАДШИХ БРАТЬЕВ. У нас постоянные споры из-за звучания, потому что после моих аранжировок от музыки Лушина остается только гармония. Мои композиции задуманы вообще без использования клавиш, да и Витя на клавишах неинтересно играет, иногда даже безвкусно. У него в реггей вдруг совдеп проглядывает, когда из мелодии такую интересную вещь можно сделать, такое соло! Потом, трудно бывает объяснить Сэнди, что и как надо петь, - у него другие представления, а сам петь я не могу. Так что, с внутренним единством и творческой целостностью у нас напряженно. У группы в нынешнем составе видимо, кончился срок годности. То, что и как делает Витя Лушин, остальные играть не хотят, а сказать ему все никак не решаемся. Он теперь пишет песни а-ля Миша Борзыкин. Так на периферии делают: сдирают не фирму, а Питер...

Заключение: Иду я тут в конце января по Рубинштейна, захожу в дом № 13, и вижу афишу, что на улице Шаумяна, под девизом "Дай дорогу року!" играют МЛАДШИЕ БРАТЬЯ с кем-то еще. Через пять минут встречаю Энди. О, говорю, сегодня снова играете? А он на меня смотрит подозрительно и говорит: кто "мы" и где? Объясняю, что МЛАДШИЕ БРАТЬЯ. Ну, значит, не те, - говорит. Вот такая история. "Да о каких концертах может идти речь, если у нас репетиции раз в 5 месяцев, да и то неполным составом?!"

Вот такие дела. Хотела рассказать о молодых и подающих надежды, а рассказала, кажется, о разваливающихся. На всякий случай даю состав группы, поскольку его мало кто знает, а БРАТЬЯ еще возьмут, да и "сотрут с лица земли"...

Андрей "Энди" Кордюков - гитара         также на фестивале играли:
Виктор Иванов - бас
Виктор Лушин - клавиши                  Кирилл Васильев, Максим Ширвис - трубы
Александр "Сэнди" Лушин - вокал         Никита Михайлов - саксофон
Денис "Ринго" Сладкевич - ударные       А есть еще администратор – Михаил Матус
Александр Карбунов - ударные


А. Лаврентьева, юнкор


"ДЕЛО" КИНЧЕВА
Старый Рокер

"... Логике вопреки живём на свете мы, "другие" люди.
Нас топчут и бранят, нам льют на сердце яд неправедные люди".

Норман Грэй, "94 сна".


Инцидент произошел во вторник, 17-го ноября. Накануне АЛИСА играла тоже во Дворце спорта "Юбилейный", фанаты безумствовали от души, но все же обошлось без скандалов.

Милиция и дружинники, измотанные предыдущим концертом, решили принять усиленные меры предосторожности, всё это напоминало артподготовку перед сражением.

Пройти в зал трудно даже тем, у кого есть билеты. С молодежью неформального вида обращение самое грубое - пинают ногами, тащат за волосы. Таким образом обеспечивается "порядок". На служебном входе - хаос. Даже тем, кто внесен в список группы, приходится стоять на улице и ждать. 17 числа в их числе оказалась беременная жена Кинчева Анна Голубева, находившаяся на седьмом месяце. Она и гример АЛИСЫ Ада Булгакова были внесены в список, однако для милиционеров сие несущественно. Ничего не знаем, не пропустим никого! (Как выяснилось потом, списки вообще были уничтожены.).

Позвали Кинчева. Он вышел уже в гриме, без пальто. Увидев жену, попытался объясниться со стражами порядка, но его и слушать-то никто не стал. Тогда Константин подходит к жене, чтобы вернуться назад вместе с ней. Подойти-то он подошел... Назад не пускают ни его, ни её.

Кинчев разозлился и решил уйти. Они были уже на полпути к остановке, когда их догнали администраторы. Уговорили вернуться. За это время выставляется еще одно оцепление, вновь прибывшие вообще мало что понимают в происходящем, и знают только одно: не то, что не пускать, а вообще не подпускать!

Кто-то из администраторов побежал за "средним" начальством. "Средний" начальник обещал всё уладить, и... исчез в недрах Дворца.

Кинчев, его жена и Ада стоят перед оцеплением, пытаясь пройти внутрь. Безнадежно. Сзади начинают напирать собравшиеся. Еще раз попытались объяснить милиционеру, что перед ним беременная женщина. В ответ - смех, ругань, афоризмы типа "все вы тут беременные, знать ничего не хотим".

Очередная попытка объяснить что-либо милиции. Анну Голубеву толкают, причем, довольно сильно. Она дает милиционеру пощечину, тот замахивается, собираясь её "добить". Наперерез ему бросается Кинчев. Он даже не успевает ударить служителя Фемиды, он только задевает в толчее чью-то шапку, - его заваливают на землю, а потом бросают в "воронок". В этой толчее администратору Ленконцерта, женщине лет пятидесяти, рвут пальто и чуть не ломают руку. Увидев, что Кинчев в "воронке", толпа начинает глухо гудеть, и медленно надвигаться на милиционеров. Мгновенно, по распоряжению гуманного начальства, Кинчева освобождают, и вместе с женой пропускают внутрь. Торжество справедливости! Но на этом не конец инцидента, это только экспозиция дальнейших событий.

После задержки концерт все-таки начинается. Кинчев сообщает, публике, что концерт задержан по вине "ментов", которые не пропускали в зал "меня и мою беременную жену". При этом Кинчев высказывает некоторые сомнения по поводу перестройки. И он прав! Слов, слов, слов, уже успевших покрыться пылью затасканных плакатных оборотов, куда больше, чем конкретных дел.

Концерт продолжается. Перед сценой - бесконечная толпа и давка. Милиция "работает" вовсю. Кинчев все это видит. Конечно, рок - это музыка протеста, бунта, борьбы, всё это так, но когда от концерта к концерту, от номера к номеру видишь "красное на сером"... Когда один из милиционеров чересчур уж рьяно отшвырнул какую-то девчонку, Кинчев объявил: "Песня посвящается иностранцам, находящимся в зале... ментам, и прочим гадам!" Толпа ревёт. Потом звучит мощный хардовый рифф "Эй, ты, там, на том берегу!..."

22 ноября. В воскресном выпуске газеты "Смена" появляется статья некоего В.Кокосова "АЛИСА с косой чёлкой". Публикации предшествует анонс, напечатанный накануне. Читателей заранее информируют о том, что АЛИСА совершила профашистскую акцию. (Странно: фашизм - не лучшая тема для рекламы!).

О чем же пишет В.Кокосов? Нет смысла пересказывать этот опус, к тому же, написан он удручающе бездарно: стилистика протокола или подметного письма. Кокосов описывает концерт в "Юбилейном": инцидент на служебном входе изложен частично, про хамство милиции - ни слова, грубо вёл себя (разумеется!) только Кинчев, статья перенасыщена показаниями дружинников и милиционеров, а также очевидцев-доброхотов, все показания, разумеется, против Кинчева. Главная сенсация: в одной из песен Кинчев спел "Хайль, Гитлер! На том берегу!" Соответственно, группа обвиняется в пропаганде нацизма, общий же тон статьи в духе главного пункта обвинения.

"Смена" - газета заурядная, звезд с неба в ней никто не хватает, но в данном случае все возможные рекорды популярности были побиты: может быть, за "Московскими новостями" не охотились с такой прытью, как за "Сменой" от 22 ноября. Еще бы, не каждый день прочтёшь такое!

На следующий день город заволновался. В рок-клубе поначалу все были спокойны: ну, во-первых, знали, что "Смена" готовит какую-то пакость, во-вторых, никто не мог предположить, насколько серьезными окажутся последствия. Завязка закончилась, началось нарастание действий - звонки из вышестоящих организаций... О В.Кокосов, зауряднейший сотрудник "Смены", скромно специализирующийся на милицейской хронике, ожидал ли ты, что твое сочинение получит такой резонанс? Вряд ли. Ему, В.Кокосову, активному оперотрядовцу в самом недавнем прошлом, а ныне - репортеру, суждено было, казалось, до конца второго тысячелетия пребывать в безвестности, тут же все о нем заговорили! Позванивать даже стали, иногда в довольно позднее время, звонят, интересуются его, кокосовскими воззрениями, о жизни беседуют, ну и вообще... Впрочем, по ряду причин, разговоры были не слишком продолжительными.

Дела тем временем приняли совсем нешуточный оборот. Быстро стало ясно: Кинчев "Хайль" не говорил. Правда, эта версия многим была на руку, и расстались с ней неохотно. Но все-таки расстались. А как иначе, если 99,5% находящихся в зале ничего подобного не слышали, поскольку ничего подобного не произносилось. "Свидетели" оказались, стало быть, в явном меньшинстве. Кроме того, существует фонограмма концерта. Запись велась не только с пульта, (эту-то сразу после концерта конфисковали молодцы-дружинники), АЛИСУ записывали и многочисленные любители прямо из зала, и службы Дворца. Эти записи могли отличаться друг от друга качеством, но вряд ли эта разница была такой, что в одном случае "Хайль" прослушивалось, а в другом - нет. Тот же Кокосов, творивший в весьма сжатые сроки, не мог не знать о существовании фонограммы, тем более, при его профессионально-тесных связях с милицией. Как бы ни был короток срок, отпущенный ему на творчество, он обязан был внимательно прослушать фонограмму. Он этого не сделал.

Так или иначе, он оскорбил не только Кинчева, он наплевал на общественное мнение. Но оно существует, хотя кое-кому хотелось бы, чтобы его не было.

АЛИСА достаточно известна, и пусть к творчеству группы каждый имеет право относиться по-своему, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: ничего общего с фашизмом у АЛИСЫ никогда не было и не будет. На кого же тогда рассчитана статья? На тех, кто привык при любых обстоятельствах слепо верить печатному слову, для кого газетная информация есть истина в последней инстанции... о чем бы или о ком бы ни шел разговор. На тех, кто не умеет или не хочет думать своей головой, на тех, кто добропорядочно верит в непогрешимость пишущей братии, не предполагая даже, что нередко вместо правды ему преподносят жалкие её ошметки.

Не имея удовольствия непосредственным образом читать показания оперотрядовцев, я, зато несколько раз прослушал фонограмму песни "Эй, ты там..." Не знаю, надо иметь очень расстроенное воображение, либо страдать невиданной формой тугоухости, чтобы вместо слов "Эй, ты там..," услышать "Хайль".

Фраза "Эй, ты там..." - рефрен, она повторяется по ходу песни несколько раз. Иногда Кинчев вместо "эй", поёт "хей", но и "хей" - это не "Хайль". Может быть, 17 ноября Дворец спорта посетил новый, неведомый науке вирус? Отчего же тогда он оказал столь избирательное действие?

Другой аспект обвинения - оскорбительные высказывания в адрес милиции. Они отчетливо слышны на фонограмме, и нелепо утверждать, что их не было. Только почему же Кокосов не написал в статье об инциденте на служебном входе, предварившем эти высказывания, почему репортер решил сообщить читателям только часть правды? Почему... Да бог с ними, с этими риторическими "проклятыми" вопросами, и так ясно, на чьей стороне Кокосов и те, кто заказывал ему эту статью.

Наверное, Кинчев мог высказаться иначе, или вообще ничего не говорить. Наверное. А как быть с состоянием аффекта, в котором он находился перед концертом? Как должен был он вести себя там, на улице - стоять, сложив руки и наблюдать благодушно, как оскорбляют и бьют его беременную жену?

Скоро состоится суд. (Возможно, что к тому времени, как эта статья будет опубликована там, куда она предназначается, результаты суда будут уже известны). Адвокат скажет на суде и про аффект, и про бесчинства перед концертом. Но и без суда известно, как сгущались тучи над Кинчевым, как создавалось его "дело".

Вскоре после первой статьи появилась вторая. Там же, в газете "Смена". Ей предшествуют разные события: несостоявшаяся демонстрация фанатов АЛИСЫ (собрались, постояли и разошлись), экстренное собрание рок-клуба, совещания в разных организациях, срочные вызовы начальников одних организаций в другие, более ответственные и значительные организации, отправка коллективного письма рок-клуба в "Смену", звонки, сплетни, предположения, намёки, письма, звонки.

6 декабря выходит в свет уже упомянутая вторая статья. Собственно, это не статья, а подборка писем по поводу происшедшего. Одно из писем написано Кинчевым, одно Житинским, еще есть письма от Николая Михайлова, от директора Ленконцерта, от группы артистов из той же фирмы. До чего же демократична "Смена", всем дает высказаться, натужно соответствуя "духу времени"!

Прогрессивная рок-общественность склонна оценивать эту подборку как победу. Письма Житинского, Михайлова, и, конечно же, самого Кинчева ставят все точки над "и". После того, как фонограмму тщательно отслушали в просторных кабинетах, тема фашизма незаметно сползает на периферию разыгранной пьесы. Кокосовская клевета очевидна, это понимают даже обитатели просторных кабинетов.

Хотя как сказать... Когда Константин с трудом, чуть ли не с переодеваниями прорывается в прямой эфир (телепередача "Общественное мнение"; на передаче "Открытая дверь" ему так и не удалось войти в эту дверь), то присутствующий там редактор газеты "Смена" господин Югин в ответ на вопрос Кинчева, как же он, начальник газеты, допустил к публикации очевидную клевету, нагло заявляет: "Вообще-то, ситуация неоднозначная... А "Смена" - газета честная."(!) При этом передачу смотрит немалое количество телезрителей - как же-с, прямой эфир, демократия, гласность. Перестройка, одним словом!

Следует рассказать о последствиях "демократии и гласности". Ведущая Тамара Максимова, известная как хозяйка "Музыкального ринга", после появления Кинчева в прямом эфире начинает иметь крупные неприятности, отстраняется от "Общественного мнения", а заодно ей в очередной раз зарубают "Ринг" с Курехиным. Но вернемся к "делу".

Итак, тема профашистской агитации с повестки дня снимается. Теперь пережевывается тема кинчевского поведения и высказываний на сцене. Группа артистов Ленконцерта видит корень зла в неуважительном отношении к публике ("Смена" 6.12.87). Среди подписавших письмо - Э.Пьеха, Д.Голощекин, несколько малоизвестных лауреатов, и даже Бен Бенецианов, несомненный куплетист, вечный как Агасфер. Ну что ж, вольному - воля... Однако, интересно, как поступили бы все эти народные, заслуженные, лауреаты и дипломанты, если бы их не пускали на собственный концерт и кидали бы в "воронок"?

На протяжении декабря "дело" начинает обрастать новыми подробностями. Заседание в Управлении Культуры. Совещание в Облсовпрофе. Совещание в ... По непроверенным данным на одном из совещаний в УВД прямым текстом звучит следующая фраза: "Послезавтра он будет за решеткой".

Наступает послезавтра, потом еще и еще. Кинчев находится на свободе. По совету адвоката он из пассивной жертвы превращается в истца. Наносится двойной удар по вражеским позициям: Кинчев, его жена и Ада Булгакова подают иск в прокуратуру по поводу событий на служебном входе, и второе: группа АЛИСА подает в суд на газету "Смена" за клевету. Тут уж, как ни крутись, а отвечать придется, и не так как в "Общественном мнении", фразой "У нас газета честная" - не отделаешься. Чем закончится этот брэйк - неизвестно, - 8 февраля в суде состоится предварительная встреча сторон. Я почти уверен: газетчики как-нибудь вывернутся, только интересно - что они придумают, как будут врать и выкручиваться.

Но не только Кинчев действует активно. Начинается и предварительное "дознание" по его "делу", причем, количество свидетелей, показывающих против него, огромно. Тех же, кто хочет дать другие показания по этому поводу, попросту отшивают.

22 декабря. Третья статья "Смены", посвященная событиям в "Юбилейном". На этот раз материал как бы редакционный, без подписи. О фашизме уже и речи нет, зато соответствующим образом анализируются тексты и манера поведения, если отбросить в сторону современные фразеологические обороты, то статья будто бы в аккурат написана несколько лет назад, в пору официальной безгласности.

В эти же дни проводится заседание Обкома КПСС, материалы публикуются в "Ленинградской правде". Многим начинает казаться, что это - запрет на рок, из Москвы встревоженно звонит Липницкий, но до запрещения дело не доходит, хотя в постановлении немало сказано об определенных ограничениях. Сказано немало и неконкретно, а уж шустрые чиновники тут как тут: довольно потирают руки: "сейчас мы вас начнем запрещать!" Мощный облом на телевидении, изрядно кастрируется давно записанная новогодняя программа, летят несколько передач. На полгода АЛИСА отстраняется от концертной деятельности. В газете об этом - ни слова, в силу вступают неофициальные последствия постановления, воплощенные в виде "рекомендаций" Облсовпрофу и Ленконцерту.

Наступает январь. Предварительное дознание продолжается, прокуратуре приходится рассматривать три исковых заявления, и теперь уже свидетелей, показывающих, что действия милиции в тот вечер были далеко не безупречными, выслушивают, а их показания приобщают к "делу". Позиция кинчевских недоброжелателей ослабляется, но не настолько, чтобы они вышли из игры. В конце месяца Костю вызывают куда нужно, беседуют, допрашивают, развлекают очными ставками, показывают психиатру (на всякий случай), берут подписку о невыезде и предъявляют обвинение по статье 206 часть 2 (особо дерзкое хулиганство). Потом отпускают до суда. Он заключает соглашение с адвокатом, и теперь все мы будем ждать позорного судного дня.

Вот такая история. Можно было бы вспомнить массу подробностей, например, как в декабре Кинчеву срочно пришлось поехать в Москву: Анну срочно положили на сохранение - у еще не родившегося ребенка обнаружилась сердечная недостаточность. Как при таких условиях кто-то там еще говорит про особо дерзкое хулиганство?!

Единственное, что утешает в этой ситуации - в конце января Анна Голубева все-таки родила сына!

Вот уже несколько месяцев тянется эта скверная раскладка, и все это время меня не покидает ощущение, будто кто-то специально, с помощью неведомых сил соединил, подтасовал одно к другому, переплел между собой обстоятельства "дела". И я не удивлюсь, если когда-нибудь выяснится, что так и было на самом деле.

Сегодня довольно много можно услышать или прочесть о чудесах демократии, да вот печально, что они мало обнаружимы в реальной повседневной жизни. Повсюду - половинчатость, полупрогрессивность, казенный радикализм. И пусть есть немало положительных изменений, всё живое до тех пор живо, пока развивается дальше. Когда же ощутимо существует предел, некая жирная черта, выйти за которую невозможно, - что толку говорить об изменениях в прогрессе. И поэтому "дело" Кинчева мне представляется не случайным, а, увы, закономерным.

Как ни странно, раньше такого быть не могло, жизнь была более тупoй, более грубой и более... честной. Конфликты были обнажены, и надо было быть полным кретином, чтобы их не замечать. Раньше АЛИСУ просто не пустили бы на сцену Дворца спорта, - и всё, никаких проблем, подобных сегодняшним. Теперь - вроде бы пускают, вроде бы можно. И вот мы видим, чем это "можно" оборачивается. И так почти во всём. Гребенщиков все-таки выбрался в Штаты, но с каким трудом! Понадобились сложные ходы, чтобы преодолеть саботаж Министерства Культуры.

Повсюду открываются рок-клубы; проводятся фестивали - наряду с этим по стране циркулируют негласные постановления "не запрещать и не разрешать особо". Кто дает жизнь этим постановлениям, как они совмещаются с общей установкой на демократизацию всего?

Странная жизнь, где-то между небом и землей. Выпущена пластинка АЛИСЫ, а саму группу запретили на полгода. В "Московском комсомольце" АЛИСА попадает на верхние строчки топа, а ленинградская "Смена" в своем топе АЛИСУ вообще не упоминает, а потом еще и оговаривается: об этой группе мы не говорим, потому что её на полгода запретил совет рок-клуба. Вы поняли теперь, кто у нас в Ленинграде запрещает рок? Дурацкий фильм "Взломщик" после крутого проката как бы запрещается. Фильм Алексея Учителя "Рок" - первый полноценный фильм о рок-музыке, несмотря на хорошие отзывы, покуда еще не допущен до массового зрителя.

Вот оно, знамение времени: не запрещен, но и не допущен. Между тем, нам продолжают рассказывать о фильмах, пролежавших миллион лет на полках, и только теперь реабилитированных.

С легкой руки трех известных писателей на поверхность общественного сознания, как говно из проруби, всплывают псевдонаучные антироковые материалы. В повестке дня проблема: воздействие рок-музыки равнозначно воздействию наркотиков. Уверяю вас: найдется масса чиновников, которые у себя на местах (а где нет этих мест?) сумеют использовать эти материальчики в виде директивных. В то же время в Москве будет проходить международный рок-фестиваль "Рок против наркотиков". Восхитительный, дремучий абсурд, гоголевщина, миргородчина в чистом виде. В Свердловске проходит конференция рок-клубов, учреждается Всесоюзная рок-федерация, а в Донецке, Харькове и Ростове рок-клубы подвергаются жестокой травле и не могут спокойно работать.

Прижимают не только рок-музыку. В 4-м номере "Огонька" было опубликовано интервью с Валерием Фокиным. Известный режиссер рассказывает о работе Союза театральных деятелей, образованном в прошлом году. Факты, им приведенные, убийственны: оказывается, что СТД действует только на бумаге. Да что бы ни говорили, чиновничество пока еще почти повсеместно контролирует ситуацию. Принимаемые ими меры, полумеры и четвертьмеры являются не просто чьим-то частным произволом, но санкционированным не то сверху, не то сбоку антидемократическим издевательством над множеством людей.

Рок не нуждается в заповеднике с дюжими егерями по границам. Мы не хотим жить в заповеднике. Мы имеем на это право.

Постскриптум.

Похоже, что судного дня не будет. Внезапно, по инициативе прокуратуры, поступило предложение взять Константина Кинчева на поруки. Дама-следователь приходит в рок-клуб, и на импровизированном собрании излагает суть дела. Они вправду предлагают взять Костю на поруки, его вина для них очевидна, но не менее очевидными являются и скверная организация концерта, и милицейское бесчинство на служебном входе, и соответствующая реакция Константина на эти события. Кроме того, в пользу Кинчева говорят и многочисленные характеристики - с места работы, с места проживания, из различных творческих организаций. Следователь считает, что Костя достаточно много прочувствовал за это время, и, учитывая множество факторов, она готова ходатайствовать о приостановлении дела. Она неглупая женщина, это факт.

Ничего не зная об АЛИСЕ, она тем не менее, смогла разобраться в ситуации, и довольно неплохо, - вначале, напомню, дела шли совсем туго. Без сомнения, свою роль сыграли два момента, которые вступили бы в силу, если бы Кинчев был бы осужден. Это реакция многочисленных поклонников (демонстрация 1978 года на Дворцовой площади была бы забыта навсегда!) и реакция из-за бугра, где про АЛИСУ кое-что известно.

Собрание проголосовало "за", и Костю взяли на поруки. Теперь рок-клуб несет за него ответственность в течение года. Следователь сказала также, что действия газеты "Смена", допустившей публикацию непроверенных фактов, будут квалифицированы в каких-то там инстанциях как недопустимые. "Смене" будет предложено принести извинения за клевету. Я лично убежден, что это клевета умышленная, и пусть неглупая дама-следователь повела себя в высшей степени разумно и по совести, все равно, всей этой позорной и дурацкой истории могло просто не быть!

Но она была. По железной логике следователя в каждом эпизоде дела происходили события, определявшие дальнейшее развитие. Все правильно, причины имеют следствие. Но для следователя важны факты, и только потом уже всякие психологические нюансы. Мне тоже важны факты, однако, в их нагромождении я по-прежнему вижу не случайность, а ужасно унылую закономерность.

Эта история была. Она есть, и она долго еще будет вонять рядом с нами. На месте Кинчева может оказаться любой, а умных, справедливых следователей, боюсь, на всех не хватит. Эй, ты, там...

Постпостскриптум.

Шестого марта Кинчев с друзьями находился на квартире у Алика Тимошенко, где оттягивался и пел песни. В три часа ночи (очевидно, по вызову соседей) явилась милиция.

Кинчева продержали всю ночь, сильно избили, и, взяв с него подписку о невыезде, отпустили, назначив день суда. Потом... АЛИСА поехала в Псков.

14 марта они вернулись. Кинчев сел в такси, но до квартиры не добрался. Дверь в подъезд он, правда, открыть успел. Оказался он на улице Каляева, в городском УВД, где провел семь суток, пропустив, таким образом, слушание дела "АЛИСА против газеты "Смена"".

Обходились с ним там, к счастью, неплохо. Костя клеил коробочки, и вышел из мест предварительного заключения бодрым, и, очевидно, полным творческих планов.

Может быть, теперь, наконец, травля закончится?!



Я – НЕ ХУЛИГАН
ИНТЕРВЬЮ С КОНСТАНТИНОМ КИНЧЕВЫМ
Взято Л.Е.Хиовым


- ПЕРВЫЙ КОНЦЕРТ В "ЮБИЛЕЙНОМ" ПРОШЕЛ НОРМАЛЬНО?

- Как говорится, всё по Ильфу и Петрову. Пытаться запустить 6000 человек в одни двери...

- ЧТО КРОМЕ ЭТОГО, НА ТВОЙ ВЗГЛЯД, БЫЛО ОРГАНИЗОВАНО ПЛОХО?

- Можно было не изобретать велосипед, и посмотреть, как было организовано у Джоэла. У нас же конструкции сцены не удосужились даже прикрыть фанерой: любой любитель альпинизма мог залезть на высоту 2,5 метра по торчащим лесам и покуражиться на сцене.

- НО ИНЦИДЕНТОВ В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВСЕ ЖЕ НЕ БЫЛО?

- Поволноваться милиции, конечно, пришлось, но скандалов, как таковых, не было.

- НО НА ВТОРОЙ ДЕНЬ...

- Когда мы пришли репетировать 17-го, я ужаснулся: весь партер был серым от шинелей. Это проходил инструктаж... Уже перед началом выступления в гримерную пришел Леша Кабин и сказал, что меня ждет жена. С одним накрашенным глазом я выскочил на улицу, попросил милиционера пропустить её, когда подойдет. Меня, мягко говоря, послали. Я спрыгнул в толпу, нашел жену, снова подошел к милиционерам, уже, что называется, извне. Ответом было: "Иди отсюда, ничего не знаем". Холодно, я в одной куртке на голое тело, подождал немного, спросил у одного из оцепления фамилию, сказал, что именно он будет виновен в срыве концерта, и мы пошли домой. Прошли метров двести, нас догоняют Агафонов с Капустянской. Разговор примерно следующий: "Старик, ты чего, все нормально, они извинятся". Возвращаемся. Но кордон незыблем. Подруга жены оказывается в сугробе, я пытаюсь влезть, меня хватает за шею капитан в штатском и начинает валить. Заламывают всем руки и начинают тащить в машину. Но толпа наседает: мол, Костю бьют и всё такое, и нас отпускают, - хотя двери в "воронок" уже гостеприимно распахнуты. Капустянской порвали удостоверение, пальто, вывернули руку. Мы "зализываем раны", а милиционеры отправляются в пикет, где пишут рапорт о том, что я избил двоих.

- ПОСЛЕ ДРАКИ КУЛАКАМИ НЕ МАШУТ, НО ЕСТЬ МНЕНИЕ, МОЖЕТ, СЛЕДОВАЛО ОТМЕНИТЬ КОНЦЕРТ?

- Публика ждала. Я хотел выйти и сразу сказать всё, но меня отговорили. Но через три-четыре песни, увидев, как милицейский сапог бьёт по лицу девчонку, лезшую на сцену, и она падает... Я сказал, что думаю по этому поводу.

- ТАК КАКИЕ ОБВИНЕНИЯ ТЕБЕ ПРЕДЪЯВИЛИ В ИТОГЕ?

- Парадоксальность ситуации в том, что никто не вспоминает о происшествии на служебном входе. Проводились сначала очные ставки, на которых двухметровые защитники правопорядка утверждали, что я их избил. Это было почти смешно. Меня обвинили исключительно в том, что я произнес фразу-посвящение...

- КАК ВСЕ-ТАКИ ЗВУЧАЛИ ЭТИ СЛОВА?

- "Иностранным гостям, если оные есть в зале, ментам и прочим гадам". Следователь давил на то, чтобы я признал себя виновным по статье 206 часть 2 - злостное хулиганство. А я себя виновным не признаю - я не хулиган.

- КОСТЯ, МНОГИЕ ВСЕ ЖЕ СМОТРЕЛИ ФИЛЬМ "ТОВАРИЩ", СЛУШАЛИ "РЭД ВЭЙВ", КАК ЖЕ ПОНИМАТЬ ОБРАЩЕНИЕ К ИНОСТРАНЦАМ?

- Во-первых, песня всегда посвящалась иноземцам, а остальные слова вылетели в запале, а во-вторых, АЛИСА, к несчастью нашему, не обладает необходимыми мажорскими качествами.

- КОНЦЕРТ УСТРАИВАЛ АГАФОНОВ. КАК ОН ПОВЕЛ СЕБЯ В ДАННОЙ СИТУАЦИИ?

- Агафон - скользкий тип. Мы с ним никогда не имели дела. Сразу после событий семнадцатого ноября он порвал трудовой договор, и мы до сих пор не получили денег за концерты, хотя и заработали Агафону и Ленконцерту 40 тыс. рублей. На следствии он вел себя так же - он как бы не при чем.

- НЕТ ЛИ ВО ВСЕЙ ЭТОЙ ИСТОРИИ СХОДСТВА С АЛЬТАМОНТОМ? НЕ ОКАЗАЛСЯ ЛИ ТЫ В ПОЛОЖЕНИИ ЧЕЛОВЕКА, РАЗБУДИВШЕГО БЕСОВ, И ПОТЕРЯВШЕГО ВЛАСТЬ НАД НИМИ?

- Когда мы поем медленные песни - "Стерх", "Осеннее солнце", - народ слушает и успокаивается.

- Я НЕМНОГО НЕ О ТОМ. ЧУВСТВОВАЛ ЛИ ТЫ КОНТРОЛЬ НАД АУДИТОРИЕЙ?

- Конечно. У Джеггера на лице в фильме "Гимми Шелтер" растерянность и испуг. Здесь же ничего подобного не было. В принципе, все вообще нормально было бы, если бы не барьеры, которые искусственно возводились и нагнетали напряженность.

- ДАЛЕЕ БЫЛА "СМЕНА", ПЕРЕДАЧИ "ОТКРЫТАЯ ДВЕРЬ" И "ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ".

- Да, "Смена" оклеветала нас, "Открытая дверь" захлопнулась перед носом, и лишь на "Общественном мнении" удалось высказаться.

- Я ПОМНЮ ЭТУ СФАБРИКОВАННУЮ ПЕРЕДАЧУ: ИЗНАНКА ЭТОЙ ДЕМОНСТРАЦИИ ПСЕВДОГЛАСНОСТИ БЫЛА ОТВРАТИТЕЛЬНА? МАКСИМОВА ЗНАЛА, ЧТО ТЫ ПРИДЕШЬ?

- Ей звонила Нина Барановская. Максимова сказала, что нет никаких гарантий, мы не придем, просто так, без приглашений. Так что, говорит, приходите, но я к этому не имею никакого отношения. Потом в рок-клуб пришел репортер, который вел весь этот фарс, и сказал, что всё пойдет по сценарию.

- Я ПОМНЮ, ТЕБЕ ПРИШЛОСЬ ПОЛОВИНУ ПЕРЕДАЧИ ПРОСИДЕТЬ В ХОЛЛЕ ГОСТИНИЦЫ, ОЖИДАЯ ПРИГЛАШЕНИЯ, ЧТОБЫ ПОТОМ "НЕОЖИДАННО" ВОЙТИ. НО ДАЖЕ КОГДА ПРИШЛО ВРЕМЯ ТВОЕГО ВЫХОДА, ТЕБЯ ПЫТАЛИСЬ ЗАДЕРЖАТЬ.

- На входе в павильон милиционеры изъяли у меня документы.

- ХОТЯ МЫ ШЛИ ВТРОЕМ, А МЕНЯ И БАРАНОВСКУЮ ПРОПУСТИЛИ.

- Борзыкин пообещал ментам сказать в прямой эфир, что мне не дают выступить.

- ПУТЕМ НЕХИТРЫХ МАНИПУЛЯЦИЙ НА ПУЛЬТЕ И КНОПКОЙ "ВКЛ.-ВЫКЛ." НА МИКРОФОНЕ, МАКСИМОВОЙ УДАЛОСЬ ПРЕВРАТИТЬ ТВОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ В РЕКЛАМУ "МУЗЫКАЛЬНОГО РИНГА".

- Отношение к "Рингу" у меня, как говорил редактор "Смены", неоднозначное. Однажды мы уже снимались в этой передаче, весь материал был стерт.

- И ЕЩЕ ОДИН ВОПРОС ПО ПОВОДУ ОФИЦИАЛЬНОГО ШОУ-БИЗНЕСА: ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ СКАЗАТЬ ПО ПОВОДУ КОНЦЕРТА "РОК ПРОТИВ НАРКОТИКОВ", КОТОРЫЙ ПРЕДПОЛАГАЛОСЬ ПРОВЕСТИ В МОСКВЕ?

- Конкретно я приглашения не получил. А в рок-клуб сообщили, что от Ленинграда хотели бы там видеть АКВАРИУМ, АЛИСУ и КИНО, но поскольку я могу быть осужден по 206-й статье, то мое присутствие там желательно, если я успею раскрутиться с ментами.

- КАК ОТНОСЯТСЯ К ТВОИМ НЕПРИЯТНОСТЯМ АНГЛИЙСКИЕ И АМЕРИКАНСКИЕ МУЗЫКАНТЫ, КОТОРЫЕ СОБИРАЛИСЬ ТАМ ВЫСТУПИТЬ?

- Не знаю.

- ТЫ ВИДЕЛ БГ ПОСЛЕ ЕГО ВОЗВРАЩЕНИЯ ИЗ АМЕРИКИ?

- Нет.

- ВЫ КОНТАКТИРУЕТЕ С НИМ?

- Нет. Прекрасно, что он съездил - новая пища для новых тем.

- "РОКСИ" ТЫ ЧИТАЕШЬ. БГ СИЛЬНО ВЫСКАЗЫВАЛСЯ ПО ПОВОДУ ТВОЕГО УЧАСТИЯ В ФИЛЬМЕ "ВЗЛОМЩИК".

- Каждый имеет право на собственное мнение. Мне фильм тоже не нравится. Это спекуляция на теме. Озвучивал всё это не я, - в мои уста, можно сказать, были вложены совершенно другие слова. А режиссер сделал себе имя, поездил по свету с этим фильмом. Недавно позвонил мне: "Как жаль, что тебя не было в этой Венеции..." Сейчас собирается во Францию.

- БЫЛИ ЕЩЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ОТ СОЮЗА КИНЕМАТОГРАФИСТОВ?

- Были. Но я больше не впишусь. Зачем делать то, что сделано?

- ЕЩЕ ИЗ УГОЛОВНОЙ ХРОНИКИ. ЧТО СЛУЧИЛОСЬ В "ПРИБАЛТИЙСКОЙ"?

- Мы встретились с Н20 - видео-группой из Германии, немного - совсем немного - посидели в ресторане, хотя нам этого хватило, чтобы понять, что немцы пить слабаки. Потом в баре: я пью сок с АПНщиком, подходит мент, и требует, чтобы я предъявил документы. Я интересуюсь: с какой стати? Мне начинают ломать руки. Алик Тимошенко, естественно, вступается, и мы отправляемся в пикет. Здесь Алик требует кодекс, - ему не только отказывают в этом, но и обещают начистить фэйс. Когда его начинают скручиватъ, я кричу, чтобы он ни в коем случае не отмахивался, что это провокация. Но когда нас ведут через холл, руки Алику заламывают настолько, что он падает, и говорит, что дальше не пойдет. Мне не остается ничего, кроме как проявить солидарность и лечь рядом. Нас за четыре кости закидывают в машину, везут в отделение. Туда вслед за нами приезжают ребята из АПН. Милиционер, очень похожий на актера Светина, бормочет кому-то в телефонную трубку: " У нас здесь пресса... у нас здесь пресса... да... хорошо". И нас отпускают. У Алика в итоге пропадает кошелек и 800 рублей денег. После этого в Москве меня бомбят повестками уже по этому поводу. А тонкость ситуации в том, что если я явлюсь по вызову, то мне, несмотря на то, что протоколы я не подписывал, и медицинскую экспертизу на предмет опьянения не проходил, припаяют штраф, скажем, в 10 рублей. Но это судимость. А две судимости в течение года - мне уже нельзя давать условный срок. Я никуда не пошел, и дело закрылось через два месяца.

- КТО ЖЕ ТЕБЯ НАУЧИЛ ЭТИМ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИМ ХИТРОСТЯМ?

- Да я сам скумекал, оказалось, что правильно.

- СО "СМЕНОЙ" ВЫ СУДИТЕСЬ?

- Мы подали на них в суд за клевету, но сотрудники любимой молодежной газеты берут больничные и в суд не являются. Но мы это дело добьём. Даже если меня посадят.

- КАКОЙ СРОК ОПРЕДЕЛЯЕТ ЭТА ПРЕСЛОВУТАЯ 206-Я СТАТЬЯ?

- От 2-х до 5 лет.

- ТРЕВОЖАТ ЛИ ТЕБЯ ПРАВДОИСКАТЕЛИ ИЗ "ПАМЯТИ"?

- Они мне начинают плести по поводу корней. Они и баптисты. Но еще круче они насели на КАЛИНОВ МОСТ. Но Ревякин их всех успокоил: мы, говорит, не антисемиты, а антиметисы...

- В РОК-ТУСОВКЕ ЧТО ПРОИСХОДИТ В СВЯЗИ С ТВОИМИ ДЕЛАМИ?

- Многие против того, чтобы меня брали на поруки. Надо выходить с серпами и молотом... Студию обещают купить. Статья Барановской о нас? Статья классная, но, по-моему, чересчур.

- "СОЛНЦЕ НА ХОРУГВЯХ" (СТАТЬЯ Н.БАРАНОВСКОЙ В "РОКСИ" № 13) - ОНА ДЕЛАЕТ АКЦЕНТ НА ВАШЕМ ЯЗЫЧЕСТВЕ.

- Я верю в бога и считаю себя младшим - недостойным - братом Христа. Но, во всяком случае, не рабом.

- ДА, ОТНОШЕНИЕ К БОГУ, КАК К НАЧАЛЬСТВУ ПРИНЯТО НА РУСИ.

- Внутри каждого из нас живет бог и черт. Постоянно идет борьба.

- ЭТА ИСТОРИЯ - НЕ ОЧИЩЕНИЕ?

- У Борзыкина есть очень хорошие слова: "Если в меня стреляют со спины - со мною всё в порядке". Значит, всё в порядке.

- НОВЫЙ АЛЬБОМ?

- Записали болванки в Москве. Днем MCI работает на ВЕРАСОВ и СЯБРОВ, а ночью - на нас. Записали 14 песен. В альбом, войдут, наверное, около 8. Еще пару месяцев надо будет писать голос, скорректировать инструменты. Название, сам понимаешь, - "206-2".

- ОПЕРАТОР - ТОТ ЖЕ ВИТЯ?

- Да, он. Витя - классный человек. Удивительно, подкачивает по энергии. Когда он уехал - мы пробовали писаться без него, - чуть не передрались с Петькой.

- КРАСНОЕ НА ЧЕРНОМ. ПРОСТО ЦВЕТОСОЧЕТАНИЕ?

- Это, скорее, отражение того, что происходит вокруг нас. В мире настолько мало белого цвета, что мы не вправе взять его за основу. Может быть, когда-нибудь, мы к этому придем.

- ЧТО ТЫ СЛУШАЕШЬ ИЗ НАШЕГО РОКА?

- ОБЬЕКТ НАСМЕШЕК, ДДТ, КИНО, ЧАЙФ, КАЛИНОВ МОСТ - все то, что не оставляет равнодушным.

- А НА ЗАПАДЕ? ВОСПРИЯТИЕ ВИЗУАЛЬНОЕ? ТЫ ЗНАЕШЬ АНГЛИЙСКИЙ?

- Нет. Совершенно не знаю. Люблю смотреть Б.Айдола - очень активная подача.

- СТОРОННИЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ ВИДИТ В ТЕБЕ НЕМАЛО ПОХОЖЕГО НА Б.АЙДОЛА.

- (Самойлов): Костя, вероятно, настолько одаренный артист, что ему достаточно посмотреть один раз - и готов образ...




Я УЕЗЖАЮ В ДЕРЕВНЮ
ИНТЕРВЬЮ С БОРИСОМ ГРЕБЕНЩИКОВЫМ
Алек Зандер

- НУ, КАК В АМЕРИКЕ?

- Совершенно, как и у нас.

- НЕТ, БОРИС, ДАВАЙ БЕЗ ОБКАТАННЫХ ОТВЕТОВ ОФИЦИАЛЬНОЙ ПРЕССЕ. Я ПРЕКРАСНО ПОНИМАЮ, КАК ТЕБЕ НА ЭТУ ТЕМУ НАДОЕЛО ДАВАТЬ ИНТЕРВЬЮ, НО ВСЁ ЖЕ ПОПРОБУЕМ.

- Нет, там действительно как у нас. В какие-то моменты я переставал понимать - где я нахожусь - в Ленинграде, Москве или Нью-Йорке. То есть, абсолютно такая же тусовка, как, например, в рок-клубе пару лет назад. Приходишь в кабак - там сидят Дэвид Боуи, Игги Поп, Джулиан Леннон. Здесь же где-то тусуются ЙЕС, приходят Дебби Харри и Крис Штейн. Все подходят друг к другу, разговаривают о чем-то, переходят к другим. Единственное отличие: в рок-клубе, если концерт - все так или иначе поддавши, а там - нет. Пьют пиво, разговаривают. Они туда приходят общаться. Тут же кто-то подходит и говорит: слушайте, в таком-то клубе сидит такой-то чемпион легкоатлет-тяжеловес. Им это интересно, все говорят: "О, поехали!" - и едут. С этим чемпионом никто не знаком лично, так слышали друг о друге, но это никого не волнует, все просто едут, знакомятся, разговаривают.

- НА ЧЕМ ЕДУТ, НА ЛИЧНЫХ ЛИМУЗИНАХ?

- Нет, свою машину иметь в Нью-Йорке невыгодно - слишком дорогой паркинг. Ловят такси - там или китаец, или негр - садятся (сначала садятся; никаких там "в парк" или "мне не по дороге" - вот чего там нет, так этого) даже не садятся, а въезжают - такси огромное - и едут.

- ТЫ СВОБОДНО РАЗГОВАРИВАЛ ПО-АНГЛИЙСКИ? ТЕБЯ ПОНИМАЛИ?

- Я сначала очень дергался - вдруг у меня будет не тот английский, или меня перестанут понимать. А потом я сел в такси, где шофером был китаец, который понимал еще хуже меня. Тут я успокоился: если человек с таким английским работает в Нью-Йорке таксистом, то мне волноваться нечего.

- А КАК НАСЧЕТ НАСИЛИЯ?

- Я, признаться, не сталкивался. То есть, был один случай... Мы выходили из кабака, часть во главе с Дэвидом Боуи сразу пошла, а я задержался с остальными - ждал, пока они решат, кто куда едет. Пока они разобрались - мне пришлось догонять пешком по улице. Я на полном ходу заворачиваю за угол и попадаю в центр разборки двух компаний негров, выясняющих отношения с ножами в руках. Неподалеку - полицейский, - который следит лишь за тем, чтобы они не мешали уличному движению. Они мне сразу: "Проходи, проходи!". Я задерживаться не стал. Потом... Был момент - мы с Кенни Шафером пошли утром I января по Нью-Йорку. Впечатление фантастическое: абсолютно пустой город, всё закрыто, людей нет, все как-то дома оттягиваются. Мы идем - пустота, гулко.

Вдруг навстречу выходит старик в норковой шубе до пят, с собакой на поводке. Из подъезда дома выходит старушка, тоже с собачкой. Стоят, курят. Мы мимо проходим, воздух вдыхаем... да-а... Травой пахнет. Вот во время этой прогулки я видел кровавый след вдоль всей улицы. Но, я думаю, если у нас I января походить по улицам, вполне можно увидеть подобное. Хоть у меня на лестнице.

Ну, и Кенни мне как-то предложил пойти погулять в Сентрал-парк. Я несколько удивился - еще по песням Лу Рида помню, что место сомнительное. Да нет, - говорит Кенни, - это всё в другом конце, а здесь гулять можно.

- КТО ЕСТЬ КЕННИ?

- Кенни - это Кенни Шафер, человек, сидящий на наследии Джимми Хендрикса, и имеющий связи в музыкальных кругах. Оплачивала мою поездку "Белка Инк". Мы с Кенни и с юристкой, которая работала с ХУ, с Тауншендом и другими, связывались с различными компаниями грамзаписи, на предмет выпуска пластинки - моей с разными музыкантами. Мы побывали в "Полигрэме", "Эй энд Эм", в "Уорнер Бразерс". Но контракт заключили с "Си Би Эс", хотя там предложили меньше денег, чем в других компаниях.

- ПОЧЕМУ?

- Там очень кайфовый президент - Уолтер Етникофф, старый, русского происхождения парень. Мы понравились ему, а он нам. Классный дядька, ему "от винта" вообще всё. Мы выпили виски и заключили контракт.

- И КАКИЕ МУЗЫКАНТЫ ПРЕДПОЛАГАЮТСЯ?

Тут дело вот в чем. Мы не имеем право называть имена музыкантов с которыми будем работать. Назвать имя - только отпугнуть человека. В общем, идея зависит от того, насколько я подружусь с определенными музыкантами, насколько мне и им будет в кайф работать вместе.


- РАССКАЖИ ПРО МУЗЫКАНТОВ, С КОТОРЫМИ ТЫ ОБЩАЛСЯ. ДЭВИД БОУИ?

- Это - безумно обаятельный человек. Его медиум - это общение вот так, в кругу, с кайфом. Мы провели с ним целую ночь, шляясь по кабакам. Он меня встретил как старого друга, которого не видел лет пять. Сразу стал показывать свой новый фотоаппарат, который может делать разные фени - наложения, удвоения и всякое такое. Очень светский человек. Тащится на общении, и у него это блестяще получается. Любую неловкость в языке или еще где - снимает мгновенно.

И пошло - про кино, про Уильяма Берроуза, про технику работы со словами. Ну - то есть, берешь страницу, складываешь её, опускаешь на следующую и у тебя половина слов с этой стороны, а половина - с другой. И смотришь, что хорошее - записываешь.

Мне было очень приятно, что я был так принят с их стороны. Дэвид предложил мне поменяться сапогами. Мы поменялись. За всё время он сказал две серьезные фразы: "Если я тебе понадоблюсь для записи - можешь на меня рассчитывать". И вторая: "Не дай им сделать из всего этого очередной американский альбом". То есть, он все время имел в виду, что предстоит что-то сделать и, несмотря на всю оттяжку, думал об этом. Это на меня произвело сильное впечатление.

- А ПОЧЕМУ ДЭВИД ТАК ВЪЕХАЛ?

- Он знал меня по записям. Он и Игги.

- А КАК ИГГИ?

- Игги - браток! Я ему спел песенку, он завелся, сразу стал свои видеозаписи ставить. Обалденно классный мужик. Вот я вижу, что он с большим трудом оперирует пультом включения аппаратуры, и спрашиваю: а что так, собственно? Выясняется, что у него впервые в жизни стереоаппаратура, а до этого он слушал "мыльницу". То есть, денег у человека никогда не было. После "Бла-бла-бла" он немного приподнялся, снял квартиру, поменьше, чем моя, но с видом.

- ДЖОРДЖ ХАРРИСОН?

- Чисто номинально. Выглядит абсолютно как на фотографиях.

- МАЙКЛ ДЖЕКСОН?

- Еще более номинально. Просто находились в одном кабаке, были представлены.

- ДЖУЛИАН ЛЕННОН?

- С ним я общался. Мальчик, на которого свалилась вся эта слава - и отца, и собственная. Тяжело быть 24-летним человеком, на которого все глаза. Он уже привык немного к этому, но чувствует себя неловко. Не может писать песни в Нью-Йорке, ездит для этого в Швейцарию. Я предложил ему поехать в деревню - там хорошо получается.

- ФРЭНК ЗАППА?

- Мы были у него на репетиции - в огромном ангаре. Я был после обеда, задремал, потащился, присел за колонкой. Заппа подошел, посадил меня в место, где лучше слышно - стал объяснять смысл песни - республиканцы, демократы... Я сначала ничего не мог понять. Он гонял там свои старые вещи - с "Зут Аллюрес", "Апострофа". Одно начало он прогнал раз 18 - что-то ему там было не так. Правда, по-моему, лучше не стало, но он успокоился. При этом всё происходило в день его рождения.

- ДЭЙВ СТЮАРТ ИЗ "ЮРИТМИКС"?

- Очень мало общались, он просто наложил гитару на экспериментальный трек, - "Пепел", на русском, но другой вариант. Стюарт наложил на это соло-гитару. Такую крутую, что я был сдут, в пять минут. Ho нам надо было спешить, мы опаздывали на какую-то встречу. Стюарт дико обиделся: он в своем десятиметровом лимузине приехал, правда, жил он через улицу... Но потом прислал письмо, что ему будет очень интересно поработать. Это второй реальный человек, с которым я хочу работать.

- А С ДЕББИ И С КРИСОМ?

- У них свои дела.

- ТО ЕСТЬ, НЕ ПОЛУЧИТСЯ?

- Могло бы получиться, но зачем мучиться?

- ПЛАСТИНКА ПО УСЛОВИЯМ КОНТРАКТА ВСЯ БУДЕТ НА АНГЛИЙСКОМ?

- Я имею право на 30% материала на русском.

- И ЧТО ЭТО БУДЕТ?

- По идее, "Серебро Господа Моего" и "Город". Я боюсь говорить об этом, потому что концепция пластинки может заставить меня всё сделать на английском.

- БОРЯ, НО ВЕДЬ "ГОРОД" - ЭТО НЕ ТВОЯ ПЕСНЯ.

- Я и хочу Алексею Хвостенко и Андрею Волохонскому кайф этой пластинкой поддержать.

- ТЫ ИХ ТАМ ВИДЕЛ?

- Нет, я никого из эмиграции не видел. Не хотел видеть. Сразу попросил, чтобы меня оградили от этого. Виделся только с одним своим старым другом и с Барышниковым в его собственным кабаке.

- И КАК БАРЫШНИКОВ?

- Глаза треугольные от тоски. Единственный, кто говорил там со мной о политике. Но я через пять минут сбежал. Он очень хорохорится, но видно, что тоскливо. Там очень тоскливо. Я пробыл там три с половиной недели, и через десять дней после того, как туда попал, начал дико хотеть домой. Звонил в Россию все время. Не дозвонился, что самое смешное. Хотел дозвониться до матери, узнать, как Люда, как Глеб. Что вообще происходит.

- ПОСКОЛЬКУ ТАКИЕ ВОПРОСЫ НЕИЗБЕЖНЫ, - ЧТО ТЫ ПРИВЕЗ ОТТУДА?

- Портостудию, синтезатор. Люде шмотки, Глебу игрушек. Гитару там оставил, кучу пластинок. Не переправить всё это. У меня и так был перевес на 450 долларов. За меня "Белка" платила. А тратить еще чужие деньги было бы не в кайф.

- КАКОВА ОБЩАЯ ДУХОВНАЯ АТМОСФЕРА В АМЕРИКЕ? ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОБЩЕСТВО ИЗОБИЛИЯ, ПО ТВОИМ ВПЕЧАТЛЕНИЯМ? ТО ЕСТЬ, ЕСЛИ ТЫ ЧЕГО-ТО ХОЧЕШЬ, ПОЛУЧАЕШЬ ТУТ ЖЕ?

- Если у тебя есть деньги. Почти всё. Старых записей Донована ты не найдешь. Хочешь вечером выпить - позвони, тебе принесут. Хочешь закуситъ - позвони. Это класс. Не надо думать ни о какой фигне.

- ВОТ МЫ СИДИМ ВСЮ НОЧЬ, РАЗГОВАРИВАЕМ, НО НАМ НИЧЕГО НЕ ПРИНЕСУТ. ЕСТЬ ЛИ ТАМ ОБРАТНАЯ СИТУАЦИЯ: ТЕБЕ ВСЁ ПРИНЕСУТ, НО РАЗГОВАРИВАТЬ НЕ О ЧЕМ?

- Я был в выгодной ситуации, потому что вокруг меня было общество, где можно было поболтать. Не богема, а круг людей, которые уже за границей какой-то тусовки. Потом, там все занимаются делом, и довольны, что занимаются делом. Вот у нас река в узкой щели как бы течёт, а там разливается широко, медленно. Если хочешь что-то делать - пожалуйста, делай. Если сделаешь так, что это кому-то интересно, то это класс. Но, как правило, этого мало кто может добиться.

- А ЕСТЬ ЛИ У АМЕРИКАНЦЕВ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О БУДУЩЕМ?

- Нет. Лос-Анджелес - крайнее выражение этого. Вот стоит красивый холм, на холме роскошный дом на подпорках, в нем раньше жил Кенни. Он забыл как-то выключить воду в ванной. Вода размыла почву, дом упал. Кенни, увидев это, не выходя из машины, уехал в Нью-Йорк. Если там будет землетрясение, половина Лос-Анджелеса рухнет. Никого это не волнует. Им в голову не приходит, что что-то может быть. Будущее будет такое, как сегодня.

- И ВСЕ ЭТИМ ДОВОЛЬНЫ?

- Я вот давал интервью... Мол, дух, любовь, душа, МТВ - эксплуатация секса, то, сё... Кенни слушал, а потом говорит: "А моя-то заплакала". Так что я с крестовым походом туда иду. Никакого секса, сплошная любовь. Они чувствуют за этим что-то безграничное и сразу падают.

- ТО ЕСТЬ, СУЩЕСТВУЕТ РАЗРЫВ МЕЖДУ АМЕРИКОЙ 20-50-Х, КОГДА БЫЛИ ФИДЦЖЕРАЛЬД И ДРУГИЕ, И НЫНЕШНЕЙ?

- И сейчас там существуют отличные люди, которые во всё врубаются, все понимают теоретически, но когда люди так обожраны... То есть нет, я все время говорю не то, не поймать это... Что-то серьезно не так как у нас. Где-то в духе. У них все есть, поэтому никому ничего не нужно.

Там привыкли, что задержка в пять минут любого делания - это уже неудобство. Поэтому у них исчезает желание - они просто переключаются на другой канал и всё. А базовые желания - поесть, секс - проходят на том же уровне, и поэтому люди просто теряют представление, что так жизнь.

- У НАС ОБЩЕСТВО ЖЕЛАНИЙ, У НИХ - ОБЩЕСТВО ВОЗМОЖНОСТЕЙ?

- Общество удовлетворенных возможностей.

- А В РОК-Н-РОЛЛ ОНИ ВЪЕЗЖАЮТ?

- У них другой рок-н-ролл. Телевидение - страшная скучища. Я все время переключал на "Мьюзик телевижн" (МТВ). Там тоже жуткая скука, но хоть знаешь, что увидишь. Я говорю им: "Почему вы не устроите революцию и не уничтожите МТВ как класс? Там гонят попс, где УАЙТСНЕЙК ничем не отличается от Уитни Хьюстон. Ни звуком, ни картинкой.

К нам попадают гораздо лучшие видеокассеты - больше европейских. Там, если Харрисон поднимается в топе, его смотришь каждые два часа.

- ТО ЕСТЬ КАК НАШЕ РАДИО?

- Гораздо хуже! Считается, что чем больше человек посмотрит вещь, тем скорее пойдет и купит её. Все направлено только на деньги.

- А В ЦЕРКОВЬ ОНИ ХОДЯТ?

- Это у них обязательно с детства, поэтому они и противостоят. Американский рок-н-ролл - это восстание против католицизма. Церковь им с детства насаживается силой, с первого класса, и поэтому все, достигая 15 лет, начинают бунтовать. Начинают трахаться, принимать наркотики, всё что угодно.

У них весь рок-н-ролл построен на этом. Элвис - это восстание против католицизма. У нас - другое. У нас подавляет государство. Поэтому у нас - "скованные одной цепью".

- КАК ПЛАНИРУЕТСЯ ЗАПИСЬ АЛЬБОМА?

- Я уезжаю туда 28 апреля, и живу там, жду, пока появится что-то, что захочется передать в песнях. Сразу на английском. Потом в июне на конгресс врачей в Канаде приезжает весь остальной АКВАРИУМ (кроме Вани Воропаева). Ляпин тоже. И там мы записываемся.

- БУДЕТ ЛИ ЭТО ЗВУЧАНИЕ "АКВАРИУМА"?

- Это зависит от меня. Это не будет звучанием АКВАРИУМА, как он есть сейчас, поскольку я туда специально и явился, чтобы идею АКВАРИУМА продвинуть дальше. Потому что мы застыли на месте, мы в полном болоте и вот это наш путь выбраться. Я думаю, что идея АКВАРИУМА не потеряется, хотя и иду на определенный риск. Я растягиваю потенциал слишком сильно, но надеюсь, что в процессе работы он сожмется обратно. Я готов экспериментировать сколько угодно.

Нас так хавать могут сколько угодно. Но я не хочу, как МАШИНА, как Майк. Потому что это бесконечное повторение. Я забыл как это - удивлять самого себя хорошей песней.

И поэтому мне снова надо уехать в деревню. Только деревней на этот раз окажется Нью-Йорк.


ПРОДОЛЖЕНИЕ

Прислал Игорь Петрученко.


Created 2002-02-02 14:01:58; Updated 2002-02-03 09:00:46 by Pavel Severov

Комментарии постмодерируются. Для получения извещений о всех новых комментариях справочника подписывайтесь на RSS-канал





У Вас есть что сообщить составителям справочника об этом источнике? Напишите нам
Хотите узнать больше об авторах материалов? Загляните в раздел благодарностей





oткрыть этот документ в Lotus Notes